Человек, придумавший Шотландию. К 250-летию со дня рождения Вальтера Скотта

Часть 3. “Уэверли”, или вперед в прошлое

Свой первый роман “Уэверли” Скотт опубликовал анонимно. Тому было несколько причин: во-первых, поэзия считалась прерогативой аристократов, делом достойным и поощраемым, тогда как на писателей в высшем обществе поглядывали свысока. Проза была уделом среднего класса и не получивших классического образования женщин. Во-вторых, ему очень не хотелось терять свою творческую репутацию. В случае, если бы роман оказался провальным, Скотт мог бы либо сказать, что все это было не более чем шуткой, или вообще от авторства откреститься.

Фрагмент картины Джона Петти по роману Вальтера Скотта
Эдвард Уэверли в Хайлендс. По виду не скажешь, но вообще-то он – англичанин. Фрагмент картины Джона Петти по роману Вальтера Скотта

Однако успех был просто ошеломляющим. “Никто другой, – написала как-то Шарлотт Хиггинс, литературный обозреватель газеты Guardian, – даже и не пытался браться в художественном произведении за целую страну с ее географией, политикой, классовой структурой и религией… Он верил в то, что не обязательно родиться шотландцем, шотландцем можно стать, как им стал его герой Эдвард Уэверли”.

Это очень удобная позиция, потому что снимает вопрос: почему главная железнодорожная станция столицы Шотландии названа в честь англичанина?

Актер Джон Маккей Фергус, изображающий Вальтера Скотта в поезде , идущем из Эдинбурга в Скоттиш-Бордерз
Актер Джон Маккей Фергус, изображающий Вальтера Скотта в поезде, идущем из Эдинбурга в Скоттиш-Бордерз (пограничный с Англией район), в котором Скотт как раз и проживал. Фотография сделана в 2015 году, когда в Шотландии заново отстроили ранее закрытую и разобранную железную дорогу, ведущую прямо к имению Скотта и Мелроузскому аббатству

К 200-летию первой публикации романа в 2014 году, одноименный вокзал был украшен многочисленными плакатами с выдержками из самого произведения и мнениями о нем всяких знаменитостей. За памятные мероприятия на вокзале отвечал Дуглас Макнотон, по мнению которого, для своего времени “Уэверли” был аналогом голливудского блокбастера, который повлиял на творчество и Чарльза Диккенса, и Жюля Верна и даже автора “Игры престолов” Джорджа Мартина. “Уэверли”, – сказал он, – вовсе не старая запыленная история, это фактически приключенческий фильм. Наивный юноша, выросший в семье родственников, отправляется в опасное путешествие и ввязывается в политические события, которые оказываются неимоверно сложными и экзотическими. Фактически, перед вами сюжет “Звездных войн”.

Под другим углом

Можно сказать, что до Вальтера Скотта Шотландия, как таковая, англичан не слишком занимала. Правда, “Уэверли” был написан и опубликован в то время, когда восстания якобитов были еще свежи в памяти (немалое количество шотландцев, в особенности жителей горной части страны, Хайлендс, не желали признавать Вильгельма с Марией, и хотели вернуть на трон либо изгнанного Джеймса (он же Яков II), либо его сына. Они были жестоко подавлены, после чего что именно происходило в этих глухих и бесплодных районах, жителей британского юга не волновало никак.

Картина Дэвида Морье "Битва при Каллодене"
Битва при Каллодене. Картина Дэвида Морье. Якобиты слева в килтах, солдаты короля справа в красной униформе. Битва длилась меньше часа, и стала началом конца горских кланов. Правда, благодаря усилиям того же Вальтера Скотта, отношение к ним англичан и жителей шотландского юга потом поменялось

Через несколько десятилетий создатель “Толкового словаря английского языка” Сэмюэл Джонсон совершил поездку по Шотландии со своим молодым шотландским другом Джеймсом Босуэллом, который и сохранил для потомков высказывания Джонсона о Шотландии и ее жителях в книге “Жизнь Сэмюэла Джонсона”.

Памятник Сэмюэлу Джонсону на его родине в городе Личфилд
Памятник Сэмюэлу Джонсону на его родине в городе Личфилд, графство Стаффордшир. Трудно сказать, как он действительно выглядел, за отсутствием фотографий, но на портретах он совсем не красавец

Автор словаря считал ее бесплодной (“Ваша страна состоит из двух вещей: камня и воды”), негостеприимной (“Да, ее создал бог, но создал для шотландцев. А еще он создал ад”), а самих шотландцев почти что дикарями (“Знание распределено между шотландцами, как хлеб в осажденном городе. Все едят понемногу, но никто – досыта”).

Поле битвы при Каллодене
Поле битвы при Каллодене. На камнях выбиты имена погибших горских кланов. Культура горцев могла бы совсем исчезнуть, если бы не Вальтер Скотт, не визит в Эдинбург Георга IV и не королева Виктория

Скотт же, хотя с одной стороны, вроде бы, и не спорил с тем, что природа Хайлендс сурова и не слишком обильна, а населявшие этот район люди далеки от благ цивилизации в понимании тех, кто жил южнее, с другой – просто-напросто поменял угол зрения. Суровость стала красивой и романтичной, а горцы, хотя и были просты и прямолинейны, но отличались верностью клану и долгу, храбростью и бескомпромиссностью.

У восторженных читателей и почитателей “Уэверли” и последующих романов Скотта о шотландском прошлом, создалось впечатление, что к северу от Эдинбурга и Перта лежит исторический заповедник, который надо как можно быстрее посетить, пока так художественно описанные простота и дикость не исчезнут под напором прогресса, воспользоваться возможностью окунуться в прошлое, забыв, хотя бы на короткое время об урбанизации и индустриализации.

"Туман в горах на озере Лох-Катрин", картина Альфреда де Бреански
“Туман в горах на озере Лох-Катрин”. Картина Альфреда де Бреански. На этом озере происходит действие “Девы озера”. Пейзаж практически не изменился, и его можно легко узнать на современных фотографиях

Среди таких восторженных туристов, желавших насладиться сильно романтизированной Шотландией, была и королева Виктория, большая поклонница Вальтера Скотта. “Одиночество, романтика и дикая красота тут буквально повсюду. Отсутствие попрошаек, независимые простые люди, которые все говорят на гэльском, все это делает мою возлюбленную Шотландию самой гордой, самой прекрасной страной в мире. А еще тут растет прекрасный вереск, которого больше нигде не надешь” (“Хайлендские дневники” королевы Виктории, запись от 2 сентября 1869 года).

Можно сказать, что после того, как Вальтер Скотт сменил шотландский имидж, Виктория провела блестящую пиар-кампанию: Как начали туристы ездить в начале XIX века, так и продолжают до сих пор. Стюарт Келли, автор книги “Земля Скотта: Человек, придумавший Шотландию” как-то сказал, что “романы Скотта были центром вращения, вокруг которого повернулась репутация Шотландии. Тем, что у нас до сих пор есть национальная идентичность, мы обязаны Скотту”.

Источник: https://www.bbc.com/

Добавить комментарий